
Видеонаблюдение в Кемерово проектируется под Кузбасс: Ex-камеры 1ExdIICT4 для смеси метана и угольной пыли по ГОСТ 31610.0-2014, LWIR-тепловизоры на терриконах для раннего обнаружения тления, УХЛ1 -40 °C, двойной надзор УГПН и Ростехнадзора, антитеррор ТРК по ПП РФ № 1521 после 25.03.2018.
Видеонаблюдение в Кемерово — это инженерия в координатах Кузбасса. Здесь у CCTV редко стоит «просто» задача: на одном краю площадки — Ex-зона на участке выгрузки угля или подземном комплексе шахты, на другом — уличный PTZ-узел при -40 °C, а сверху ещё пристально смотрят два надзора: УГПН ГУ МЧС по Кемеровской области и Ростехнадзор. После трагедии в ТЦ «Зимняя вишня» 25 марта 2018 года требования к видеоконтролю в ТРК были резко ужесточены — это отдельная вертикаль в проекте.
Угольная пыль с метаном в выработках классифицируется как смесь группы IIB/IIC по ГОСТ 31610.0-2014 (IEC 60079-0), и любая камера, попавшая в эту зону, должна иметь маркировку 1ExdIICT4 или эквивалент. Обычная «уличная» IP-камера в IP66 без сертификата ТР ТС 012/2011 в шахтном Ex-пространстве — это не «удешевление проекта», а отказ от приёмки Ростехнадзором. На терриконах отдельная история: открытые отвалы угля склонны к самонагреву и тлению, и эту проблему закрывают LWIR-тепловизоры с порогом срабатывания по дельте температуры, а не точечные пирометры.
Несертифицированная камера на участке Ex-зоны 21 — это не штраф, а потенциальный источник воспламенения метановоздушной смеси. Тепловизор не той длины волны (SWIR вместо LWIR) пропустит подповерхностное тление угля до выхода открытого огня. Стандартный «уличник» в климате -40 °C даёт замёрзшую смазку привода PTZ и потерю функции через два-три цикла суточной разморозки. А несоответствие требований ПП РФ № 1521 на действующем ТРК — это предписание о приостановке работы объекта до устранения.
Проектирование начинается с категорирования зон по взрывоопасности и климатическому исполнению. Для шахтных и обогатительных объектов классификация выполняется по ГОСТ 31610.0-2014 (IEC 60079-0) с учётом группы взрывоопасной смеси (метан, угольная пыль — IIB/IIC) и температурного класса (T3–T4 для смеси). На терриконах задача другая — обнаружить тление в подповерхностном слое до видимого дымления, и здесь решением является LWIR-тепловизор (8–14 мкм) с алгоритмом дельта-температуры по соседним пикселям.
Класс и зона Ex для CCTV должны совпадать с тем, что заложено в общем разделе пожарной безопасности и в проекте электробезопасности шахты. Если в проекте ПБ участок классифицирован как зона 1, а CCTV проектируется под зону 2 — это будет вскрыто Ростехнадзором при пусконаладке и приведёт к замене оборудования.
Дефицит Ex-номенклатуры на сибирских складах — реальная проблема: типовой срок поставки взрывозащищённой камеры с маркировкой 1ExdIICT4 на Кузбасс составляет 10–16 недель, и это нужно закладывать в график. То же касается LWIR-тепловизоров с панорамной развёрткой — они идут под заказ. Логистика тоже не бесплатная: до Кемерово везут через Новосибирск или Красноярск, и зимой стандартный авторейс может стоять на трассе из-за метели.
В контрактах с поставщиком стоит фиксировать дату «франко-объект Кемеровская область», а не «франко-склад в Москве». Это переводит риск зимних дорожных задержек на поставщика и одновременно стимулирует его выбирать ж/д контейнер вместо авторейса.
Монтаж в Кузбассе делится на несколько сценариев с разными допусками и подрядными требованиями. Шахта и обогатительная фабрика — это работы с допуском в Ex-зону и журналом наряд-допусков, ТРК — это работы в действующем общественном пространстве с массовым пребыванием, террикон — это работы на высотных мачтах в зимний период.
Любая активация камеры в Ex-зоне 1 или 21 без оформленного акта пусконаладки и проверки взрывозащищённости — это нарушение правил безопасности в угольных шахтах. Ростехнадзор проверяет именно эти акты, а не лейблы на оборудовании. Журнал техобслуживания взрывозащищённых средств должен вестись с момента ввода в эксплуатацию.
Обслуживание CCTV на угольной шахте идёт по двум регламентам одновременно: общий — по руководству производителя, и специальный — по правилам эксплуатации электрооборудования во взрывоопасных зонах. Для камер Ex-исполнения это означает регулярную проверку целостности оболочки и пломб (контроль факта неразборки на месте), осмотр кабельных вводов и контроль сопротивления заземления.
УГПН ГУ МЧС по Кемеровской области смотрит общую часть пожарной безопасности и интеграцию с пожарной автоматикой и СОУЭ. Ростехнадзор смотрит шахтную часть: журналы наряд-допусков в Ex-зоны, акты ТО взрывозащищённого оборудования, контроль заземления. На стыке часто оказывается «бесхозный» периметр — внутри ответственности нет, а вопросы есть. Это снимается единым проектом и единым подрядчиком.
Когда CCTV на одной площадке делает один подрядчик от проекта до приёмки, исчезает классический спор «у кого виновата интеграция»: пожарная автоматика, СОУЭ, СКУД, ANPR и архив — всё в одной зоне ответственности. Для шахтной площадки с двумя надзорами это значит, что и УГПН, и Ростехнадзор имеют единого контрагента по технической части, а не цепочку из четырёх подрядчиков с разными лицензиями.
Дробление подряда на шахтном объекте обычно стоит дороже не в смете, а в простоях при разборе инцидентов с надзорными органами.
CCTV в Кемерово — это не сумма «камер с улицы и камер из помещения», а связка специальных подсистем под Ex-зоны, террикон, мороз -40 °C и антитеррор ТРК. Регуляторов два, и они смотрят разные вещи. Климат суров, поставка длинная. Поэтому экономия на проекте здесь даёт умножение проблем при сдаче.
В техническом задании на калькуляцию имеет смысл явно зафиксировать: маркировку взрывозащиты по ГОСТ 31610.0-2014 (1ExdIICT4 или эквивалент), климат УХЛ1 -40 °C по ГОСТ 15150-69, длину волны тепловизоров LWIR (8–14 мкм) на терриконах, требования ПП РФ № 1521 для ТРК, требования ФЗ-152 к биометрии на проходных, сроки поставки Ex-оборудования с привязкой к графику работ, акты ТО взрывозащищённого оборудования. Тогда сравнение КП идёт по техническому смыслу, а не по картинке в коммерческом предложении.
Для смеси метана и угольной пыли (группа IIB/IIC) применяют камеры с маркировкой 1ExdIICT4 или эквивалент, сертифицированные по ГОСТ 31610.0-2014 (IEC 60079-0) и ТР ТС 012/2011. Обычная уличная IP-камера в IP66 без сертификата в шахтном Ex-пространстве приёмку Ростехнадзором не проходит.
Открытые отвалы угля склонны к самонагреву и тлению. LWIR-тепловизор (8–14 мкм) с алгоритмом дельта-температуры фиксирует прирост на участке отвала на 5–10 °C относительно фона и ловит подповерхностный очаг раньше, чем визуальная камера увидит дымление. SWIR/MWIR здесь не подходит: на солнце и пыли даёт ложные срабатывания.
Не «уличное», а явно УХЛ1 (-60…+40 °C) по ГОСТ 15150-69 с обогревом термокожуха, обогревом стекла и морозостойкой смазкой приводов PTZ. Стандартный «уличник» при -40 °C даёт замёрзшую смазку привода и теряет функцию через два-три цикла суточной разморозки.
Надзора два. УГПН ГУ МЧС по Кемеровской области смотрит общую часть пожарной безопасности и интеграцию с пожарной автоматикой и СОУЭ. Ростехнадзор смотрит шахтную часть: журналы наряд-допусков в Ex-зоны, акты ТО взрывозащищённого оборудования, контроль заземления. Единый проект и единый подрядчик снимают проблему «бесхозного» периметра между ними.
После трагедии в ТЦ «Зимняя вишня» 25.03.2018 требования к видеоконтролю в ТРК были резко ужесточены. Антитеррористическое размещение выполняется по категории объекта (ПП РФ № 1521): усиленный CCTV в зонах массового скопления — фуд-корт, эскалаторы, аварийные выходы, видеоконтроль эвакуационных путей и интеграция с СОУЭ. Несоответствие на действующем ТРК ведёт к предписанию о приостановке работы объекта.
Типовой срок поставки взрывозащищённой камеры 1ExdIICT4 на Кузбасс — 10–16 недель, LWIR-тепловизоры с панорамной развёрткой тоже идут под заказ. Это нужно закладывать в график работ, а в контракте фиксировать дату «франко-объект Кемеровская область», чтобы риск зимних дорожных задержек ложился на поставщика.